Красавицы Граца


О феномене привлекательности
…Так что есть красота,
И почему её обожествляют люди?
Сосуд она, в котором пустота,
Или огонь, мерцающий в сосуде?
Николай Заболоцкий

Бродя по городу в раздумье, с интересом разглядываю прохожих. Многие люди в возрасте до 35, ещё не утерявшие сияния юношеской чистоты, в той же мере наделены природным магнетизмом, или привлекательностью. Чем человек моложе, тем ближе он к истокам замысла с его безграничными возможностями.

В толпе выделяются особой красотой те, чей взгляд и аура напоминают свечение яркой звезды в ясную морозную ночь. “Неудачный вариант” даже ребёнком похож на заброшенное поле, подёрнутое туманом. Убелённые сединами старики по-детски трогательны и полупрозрачны: они ещё здесь, но уже где-то там.

Однако наибольшее любопытство вызывают у меня горожане среднего возраста, обладающие достаточным жизненным опытом. Лицо пятидесятилетнего человека похоже на книгу, содержащую историю побед и поражений, и в том, как прохожий держится и идёт, отражаются ключевые свойства его характера.

Я часто отмечаю про себя, что вижу на улицах Граца изрядное количество некрасивых, не старых ещё представительниц пола. С чего бы это? И почему эти добропорядочные дамы кажутся мне такими? Не влияет ли на мою критичность позиция эмигрантки, вынужденной чувствовать себя “второсортной” гражданкой в чужой стране, или ревнивое желание принизить других, как это часто бывает между женщинами, обсуждающими внешность друг друга? Или быть может, уровень моих эстетических притязаний отражает специфику моего собственного азиатского происхождения?
Надо сказать, что, не смотря на мою принадлежность к монголоидному типу, мне удаётся без труда улавливать нюансы выражения лиц европейцев, но азиаты с их маской вежливости часто не поддаются моим расшифровкам. Для меня лицо китайца и монгола почти так же неподвижно и загадочно, как лицо сфинкса. Вероятно, для евро-азиатов основой национальной идентификации становятся мимические движения лица матери, которые видит младенец в первые недели жизни.
Непроизвольное выражение искренних эмоций радости, страха или гнева одинаково у представителей всех рас и национальностей. Однако, как мне кажется, негроидные и европеоидные физиономии в целом более подвижны.
Мимические мышцы очень тонкий инструмент. Неконтролируемое выражение – это естественное состояние, которое лицо всегда стремится принять в соответствии с преобладающим образом мыслей.
Я утверждаю, что чувствую, когда мне говорят неправду. На самом деле, как и другие “экстрасенсы”, я вижу микродвижения лицевых мышц собеседника, длящихся менее секунды, а также слышу малейшие изменения в тоне его голоса и дыхании.
Говорят, что если в двадцать красота это подарок, то в сорок пять красота или уродство – это то, что ты заслуживаешь.
Причём уродливым может быть даже наделённое правильными чертами лицо. Известно, что важнейшим каноном красоты, на который ориентируется Голливуд при подборе актёров, является симметричность и пропорциональность черт. Однако целый ряд выдающихся актёров демонстрировали диспропорциональное лицо, например, Джек Николсон и Одри Хепберн.
Вовсе не погрешности против симметрии делают женщину некрасивой. Уродство физиономии – это выражение тупоумия, сдерживаемой агрессии и мещанской претензии на значимость, которыми грешат кое-какие персонажи. Лицевые морщины пролегают между затвердевшими мимическими мышцами в их наиболее часто упражняемой позитуре.
Выходцы из стран СНГ, после развала Союза эмигрировавшие в Европу, часто стыдятся своего происхождения, своей истории и сторонятся соотечественников за рубежом. Но советская бюджетная школа была вовсе не так уж плоха.
А мой родной МГУ, согласно рейтингу ТНЕ (Times Higher Education), приблизившись к американским университетам и обойдя ведущие немецкие, французские и китайские вузы, занял 25 место среди ста наиболее престижных вузов мира, в то время как за ближними пределами этого списка нет ни одного австрийского учебного заведения. Университеты оценивали 10 тысяч учёных из 142 стран мира.
При существующей системе дать детям хорошее образование накладно, да и незачем. Даже если отпрыск семейства вернётся в Грац, окончив Мюнхенский университет, найдёт ли он здесь достойное применение своим силам?
Тот, кто посещает художественные выставки в Граце, особенно Kunsthaus и Künstlerhaus (Дом искусства и Дом художника), а также вращается в около-богемной среде, например, приходит на вечера в Kaiserfeldkafe (кафе, где просиживают штаны художники и полит-активисты) или имеет знакомых в Literaturhaus (Дом литератора) – тот не может не заговорить о вырождении, обесценивании искусства и о доминировании рыночно продвинутых австрийских бездарностей на авансцене культурной жизни.
В прежние времена в российских шахтах и на сибирских приисках использовался труд лошадей. Когда лошадь списывали по старости, она уже ни на что не годилась, так была слепа и могла ходить только по кругу, как делала это годы, вертя бурильное колесо.
Каждое наше действие и каждая мысль оставляют след в нашем мозгу в виде цепочки нейронов. Наиболее часто повторяющиеся помыслы и действия ответственны за образование глубоких борозд в коре головного мозга.
Именно устойчивые ментальные и физические привычки ответственны за образование борозд столь глубоких, что узнику стабильности уже никогда не вырваться за пределы этой накатанной колеи. Образ мыслей в буквальном смысле формирует сознание, а также лицо и фигуру, которые, как топографическая карта, отражают картину мозга и являются вашей духовно-ментальной сущностью в её материальном выражении.
Картина мозга и расположение морщин, дефектов кожи, изменений скелета и доминирования определённых мышц взаимосвязаны. Понятие “высоколобый” и “яйцеголовый” по отношению к интеллектуалам, связано с тем, что постоянная нагрузка на лобные доли и мышцы глаз при умственной деятельности приводит к постепенному видоизменению черепа. Пластические хирурги делают подтяжку кожи или меняют форму носа и губ пациентки, но картина её мозга со специфическими бороздками, отражением которой являются возрастные видоизменения лица, остаётся всё той же, поэтому вмешательства продажной хирургии дают лишь временный или обратный эффект.
Интересно и то, что в городах с крупными образовательными, культурными, производственными и научными центрами, по моему мнению, можно встретить на улице больше одухотворённых, интересных лиц. Даже лицо заводского рабочего, если он мастер своего дела, может быть красивым.
При отсутствии крупных производств и культурных центров, погоду в городе делает мелкобуржуазная среда владельцев недвижимости, торговых точек и рантье – людей традиционно живущих на нетрудовые доходы от денежных вложений. Вся бюрократическая надстройка в виде местного аппарата управления, налоговых служб, полиции, службы занятости или организаций по интеграции – являются лишь придатком и паровой завесой для коловращений европейского капитала.
Накопление капитала имеет историю, восходящую к событиям преддверия Второй мировой войны.
Выражение провинциальной мелкобуржуазной ограниченности на лицах горожан – это отражение глобальной скуки их существования в рамках европейской демократии, с её упорядоченностью, загнанностью в жёсткие рамки и с полным отсутствием истинного новаторства и творчества в повседневной жизни.
Это отражение идей европейцев о преуспевании, заключённом в передвижениях между банком, рестораном, виллой в пригороде и секс-туризмом в страны третьего мира.

Galina Toktalieva

Kyrgyzstan-born author residing in Graz, Austria

You may also like...