Онанера

Стремясь к свободе быть собой, я вижу, что одиночество и тяготит, и вдохновляет меня, и что близкие связи, даря мне теплоту понимания, вместе с тем становятся для меня чем-то вроде утончённого рабства, где во имя сохранения союза мне приходится кривить душой.
В отношениях двоих роль фрау – одобрить инициативу и поддержать самовыражение активиста. Поэтому она инстинктивно располагает себя в прямом и переносном смысле под своим партнёром, служит резервуаром для экссудатов его био-творчества и пьедесталом для его самолюбия, уступает, внимает, дарит, утешает, представляет себя глупее и слабее, чем она есть, и на всех уровнях работает буфером для мужских эскапад, даже если партнёр значительно уступает ей в умственном и духовном развитии.

Женское начало – это стихия приятия, дарящая павшему в неё семени всю свою великую энергию плодородия. Именно оттого что женщина отдаёт гостю свою материнскую силу, тот становится способен на подвиги «во имя любви», нуждаясь в женщине, как в источнике тепла. Поддерживая мужчину, женщина попадает в двойную петлю гендерной роли и противоречия между беспомощностью женственности и жёсткостью профессионализма. Когда она пытается повысить статус мужчины за счёт умаления мужского компонента своих достоинств – решительности, смелости, выдержки, умения судить здраво – это фатально сказывается на её самооценке.

Поскольку история человечества – это история освоения новых земель и войн, становится очевидным главное предназначение мужчины, который в обыденности, за исключением арктических условий и космоса, редко находит применение своим силам, и по сравнению с кропотливой неустанностью женщины, порой демонстрирует признаки ничтожности.
Учёные открыли фактор нейропластичности нашего серого вещества. В Великобритании была проделана операция девочке, больной эпилепсией, по удалению всей правой половины её мозга. Вскоре она поправилась и стала посещать школу. Со своими повседневными обязанностями человек мог бы справляться, имея и половину головы.

Возвращаясь к сакраментальному вопросу о высшем и низшем, надо отметить, что многие маститые авторы прошлого, такие как Артур Шопенгауэр, Фридрих Ницше, а также Чезаре Ломброзо и Отто Вейнингера – писали о духовной и интеллектуальной неполноценности женщины.
Согласно Википедии, взгляды именно этих авторов на гендерный вопрос характеризуются мизогинией, или женоненавистничеством.
Вот что изрекает по этому поводу отец криминологии Ломброзо: «Можно сказать с положительностью, что любовь женщины к мужчине не имеет в своем основании чувственной подкладки, а является связью, которая устанавливается между низшим и высшим существами»
Он сравнивает любовь женщины к мужчине с преданностью собаки, которая любит своего хозяина больше, чем самое себя.
Фридрих Ницше же отмечает: «Счастье мужчины называется: я хочу. Счастье женщины называется: он хочет».
Шопенгауэр говорил, что женщина по своей природе склонна к подчинению и всегда стремится к близким взаимоотношениям с мужчиной, так как хочет находиться у него в рабстве.

Австрийский философ Отто Вейнингер, написавший нашумевшую работу «Пол и характер» в 1902 году и покончивший с собой в возрасте 23 лет некоторое время спустя, утверждал, что сущность женского естества – бездарность и одержимость похотью.

В основе мизогинистических взглядов лежит идея о неполноценности группы людей по половому признаку, к которой их сторонники не принадлежат. Главный аргумент феминофобов касается интеллектуального бесплодия женщин, отсутствию выдающихся достижений с их стороны в области литературы, науки и искусства, а также их меркантильности в сравнении с мужчинами.
Такая позиция ныне именуется сексистской, когда умственные достижения человечества, в основном принадлежавщие авторству мужчин – принимаются за идеал и Абсолют на шкале общечеловеческих ценностей.
Интересно и то, что суицидальный еврейский юноша Вейнингер начинал своё исследование проблем пола с идеи, что человек по своей природе бисексуален – содержит мужское и женское начала в разных пропорциях. Вместо того, чтобы развить это положение, которое могло бы привести его к истине, оказавшись в противоречии с его идеей о тождестве половой принадлежности и полового самосознания, он соскальзывает в сферу женоненавистнических и юдофобских обличений.

В сегодняшнем обществе можно гораздо чаще столкнуться с примерами сексизма доброжелательного, чем сексизма агрессивного. Ни один человек, обладающий первичными половыми признаками самца, не может не быть тайным сексистом, так как в ядре гендерных ролей лежит не только программа взаимодействия с другими, но и сохранения эго, а значит и триггеры агрессии. «Любовь – в своих средствах война, в своей основе смертельная ненависть полов» (Ницше)

Вейнингер справедливо отмечал, что движение за эмансипацию женщин и воцарение равенства полов в том или ином виде, свидетельствуют об увеличении числа гермафродитов в человеческой популяции, имеющих нормальные половые признаки.
Развитие цивилизации движется в сторону нивелировки гендерных различий. В эстетике – это переход от тучной Венеры Каменного века с пудовыми грудями к пышнотелым нимфам Рубенса и наконец к топ-моделям обоих полов, похожим на картофельные ростки.

В социальной сфере – это исчезновении чисто мужских профессий, появление большего числа учёных, политиков и предпринимателей женского пола. В сфере медицины и технологий – это достижения в области клонирования, искусственного оплодотворения и выращивания эмбриона, в этике – падение табу на однополые браки.
Само определение мужественности и женственности не абсолютно, а относительно, и наличие анатомических признаков не является достаточным основанием для полноправности половой идентификации.

Женское и мужское – лишь условное разделение, расщепление единой стихии, проявляющей своё единство в физиологии и химии мозга и на уровне астральных тел. В этом смысле человек с нормально развитым пенисом может быть по своей глубинной природе более женщиной, чем иная Афродита во плоти.
Сексизму в двух его видах соответствуют проявления таких сексопатологических феноменов как садизм и мазохизм, примеры которого находят прекрасную иллюстрацию в работе австрийского психиатра прошлого Крафт-Эбинга.

В основе идеи о духовной второсортности женщин, развиваемой Шопенгауэром и Ницше на философском уровне, а Ломброзо и Вейнингером на психологическом, – лежит потребность мужчины возвыситься над той частью самого себя, которая нуждается в сексуальном объекте для разрядки полового напряжения и получения острого, низменного по своей природе удовольствия.

Садизм — это не только проявление насилия по отношению к партнёрше, но и потребность объективировать её как источник вожделения и пьедестал для возвышения своего «я». Проституткам всего мира хорошо известна такая категория клиентов, как «строгий господин», получающих наслаждение от актов унижения партнёрши.
Мягкий же, или доброжелательный сексизм восходит к мазохистскому экстазу, когда женщина объективируется кавалером и романтиком как прекрасное верховное существо, и мужчина эякулирует в акте преклонения перед ней.

Метаморфозы современного сексизма легко проиллюстрировать на примере исламских семей, эмигрировавших на Запад. Мусульманство является той религией, где в наиболее жёсткой форме, регламентировано ролевое гендерное поведение.

В Ферганской долине на юге Киргизии, например, где наряду с коренным кочевым народом искони проживало большое число узбекских семей, и где на относительную ригидность традиций оказывал их оседлый образ жизни, всего пару десятилетий назад – никого бы не удивило, если бы отец семейства, покидая свой дом, обнесённый высоким дувалом, и оставляя жену, занятую хозяйством – закрыл бы входные ворота на ключ и унёс его с собой.

Такая практика «запирания» жены на ключ, как предмета утвари, существует и поныне в некоторых странах исламского мира. В середине двухтысячных имело место одно нашумевшее дело в Канаде, когда в семье эмигрантов из Афганистана, отец семейства ничтоже сумняшеся отправил на тот свет жену и трёх своих дочерей, представив это как несчастный случай. В условиях эмансипированной западной среды гендерное сознание женщин стало трансформироваться в сторону большего раскрепощения, что с точки зрения мусульманина выглядело как акт, направленный против заповедей священного Корана.

Апелляция к мудрости античных философов в гендерном вопросе, или к ретивости средневековой инквизиции, видевшей в женщине существо, способное вступить в половые отношения с чёртом, оказываются несостоятельными по простой причине. В основе расцвета античной демократии, философии и искусств, лежало рабовладение – бесправие и принудительный труд тысяч людей, захваченных в плен, подневольная проституция женщин, не имевших гражданства, закрытых в публичных домах и вынужденных обслуживать животные позывы афинян и римлян за гроши. Тут мизогиния часто часто шла об руку с гомосексуализмом и педофилией, весьма распространёнными в античном мире, причём использование мальчиков для утех считалось обычным явлением, к чему приложили руку и другие части тела большинство античных философов, включая великого Сократа.

В стадах человекообразных обезьян, являющихся ближайшими родственниками человека, самки так же принижены и ведомы, как были особи женского пола у людей периода дикости, по причине своих меньших телесных размеров и отягощенности приплодом.
Причём у макак доминирующая особь в знак господства взбирается на другую, как-будто готовясь к совокуплению – вне зависимости от половой принадлежности обоих. В современном тюремном жаргоне «опустить» означает насильственным образом низвести мужчину на положение, которое обычно при половом акте занимает женщина.

После ушатов презрения, вылитых мыслителями прошлого на женщин вообще и в частности, и дифирамбов, пропетых ими в адрес мужественности и её духовного величия, интересно обратиться к такой работе Крафт-Эбинга «Половая психопатия», где на основе реального жизненного материала приводятся многочисленные примеры отклонений мужского полового поведения и их манифестация в обыденной жизни.
По свидетельству сексопатолога, большое число его пациентов, занимались регулярно онанизмом начиная с шести-семилетнего возраста, иногда с частотой до нескольких раз в день, а во взрослом состоянии нередко прибегали к услугам проституток, так как продолжительные отношения с обычными женщинами не могли дать им той остроты удовольствия, которое они желали получить.

Уже в начале 20 века, когда писалась книга Крафт-Эбинга, существовало понятие о механическом и психическом онанизме и его пагубном действии на последующую семейную жизнь мужчины. Как уже отмечалось ранее, огромное большинство людей имеют акцентуации характера, или психопатические черты с большей или меньшей степенью выраженности. Главным признаком психопатии является дезадаптивность, то есть отсутствие гибкости в приспособлении к социальным условиям среды или особенностям своего интимного партнёра.

Одним из признаков такой дезадаптивности является онанизм. Известно, что большинство мужчин – не имеющих никаких явных психических отклонений – изредка или постоянно занимаются механическим (рукоблудие) или психическим (фантазии, эротические мечты, просмотр фильмов и фото эротического содержания) онанизмом, так как реальные взаимоотношения либо недоступны им, либо не приносят желаемого удовлетворения.

Реализовать свои сладостные фантазии каждый может только с теми, кто способен принести в жертву своё «я» и своё либидо ради удовлетворения похоти противоположной стороны, превратившись в фантом его фантазий. Проще всего прибегнуть в этом случае к услугам секс-рабынь, а также содержанок, секретарш, жиголо – или иных лиц, находящихся от вас в финансовой или психологической зависимости.

В основе рабской преданности женщины, о которой писали Ломброзо, Ницше и Шопенгауэр, лежит не потребность в физическом соитии, но в любви, находящей своё наивысшее выражение в материнстве. Тот, кто наблюдал за процессом роста маленьких детей, знает, что сама суть искренней человеческой привязанности восходит к детству. Любя мужчину беззаветно, женщина любит в нём своих с ним не рождённых детей.
Если бы женщина была неспособна на это, на свет не явился бы ни Коперник, ни Сократ. Каждый талант пришёл в этот мир, благодаря безграничной, ничего не требующей взамен материнской любви.

Galina Toktalieva

Kyrgyzstan-born author residing in Graz, Austria

You may also like...