Сепия

crippled-wien
Физическая ущербность в зеркале самосознания

Квартира находилась в традиционном районе «красных фонарей», заселенным турками и боснийцами, некогда процветавшим, а ныне из-за победного шествия интернета и порнографии пришедшего в упадок и располагавшего лишь несколькими грязного вида ночными заведениями. Это были бары с двумя-тремя обитавшими там и едва говорящими по-немецки сиренами под алкогольной анестезией, а также пропахшими потом и спермой боксами наверху, которыми платежеспособный посетитель мог при случае воспользоваться.

Располагаясь на первом этаже многоквартирного дома, комната выходила окном на пыльную и шумную проезжую часть. Уличный гул перекрывался пьяными криками и пением жильцов, так как комната делила с двумя другими общую прихожую. Все они представляли собой в прошлом единую жилплощадь, но затем были по отдельности сданы в наём. Одну из этих комнат населяла сиплая египетская гурия, принимавшая клиентуру у себя на продавленном диване, а другую – ночной таксист криминального вида с подбитыми гвоздями сапогами.
Но так как комната неподалёку от Фольксхауза на счастье была оснащена отдельным санузлом, это и решило мой выбор в её пользу. Разделяя место общего пользования с жильцами дома у трамвайной линии, я осознала, какую огромную, практически первостепенную роль играет для женщины гигиена и интимная неприкосновенность ванной.

Инвалид Вальтазар – владелец квартиры, франтоватость одеяния которого лишь подчёркивала отсутствие у него плеч и наличие горба, был фанатом здорового образа жизни. Его деревянный дом в пригороде был домом медитации, поедания мюслей на завтрак и запрета на мобильники. Вне дома Вальтазар вёл рассеянное существование человека, не знающего, куда себя деть, и делил свой досуг между круизами и пунктуальным посещением оздоровительных мероприятий. Обладая свойственной его нации скрупулёзностью и патологической бережливостью, он сумел приумножить состояние, доставшееся ему от родителей, и вложил часть своих капиталов в недвижимость, а часть в книжный бизнес, поддерживая на плаву известного немецкого автора Д-е и его оздоровительный центр в Гамлитце.

В обширном подвале своего дома Вальтазар оборудовал бюро с устаревшей оргтехникой, где то и дело являлась новая секретарша, откликнувшаяся на объявление по найму и полная радужных надежд. Но её ожидания подвергались суровому испытанию в первую же неделю водворения на рабочем месте. Вальтазар, не смотря на эзотерическое человеколюбие, был крайне сварлив. Обладая немалым состоянием, он пускался в жаркие споры и изрыгал замечания в адрес секретарш, негодуя из-за скидки на бензин или из-за трамвайных билетов, цену которых обязан был бы покрыть.
Наряду с накопительством, главным стимулом предпринимательской деятельности Вальтазара была мечта о любви и регулярных интимных отношениях, причём с его стороны вклад в эти отношения имел лишь одно финансовое допущение – плату за обед партнёрши в вегетарианской столовой.

Вальтазар возлагал надежды не только на секретарш, но и на уборщиц, нанимаемых им для чистки дома. Он подкрадывался к дамам сзади, пока они орудовали у раковины или плиты, и затем неожиданно прилипал к ним всем своим худым телом, и пока женщина пыталась урезонить хозяина и высвободиться из его цепких, похожих на клешни, рук, Вальтазар, стеная, достигал пика удовольствия и затем бежал в ванную, чтобы принять душ.

Показная терпимость европейского общества к некоторым категориям населения стала здесь нормой существования. У австрийцев считается дурным тоном и чуть ли не кощунством высказываться против больных и убогих. Никому не придёт в голову усомниться в справедливости такого подхода, когда инвалиды в силу своей социальной защищённости имеют гораздо больше возможностей для личностного развития, чем обычные люди, и когда калеки нанимают несколько здоровых, но невостребованных обществом людей для обслуживания своих нужд.

Galina Toktalieva

Kyrgyzstan-born author residing in Graz, Austria

You may also like...